Заметки студента

Я уже ощущаю, чувствую, при каждом прикосновении понимаю: корабль почти доделан. Ещё несколько заходов – и я уже буду буквально из пальца высасывать идеи, где ещё можно над ним поработать. Я делаю эту поделку так давно, что я едва ли помню, насколько похоже то, что получилось и то, что планировал изначально. Ряды колонн как планировались, так и есть, расположение колеса… Об освещении изначально я только мечтал, теперь оно безупречно работает.
Думаю, что осталось максимум заходов десять, даже если я буду работать отвратительно мало.

Каждый раз работа проходит примерно по одному принципу. Я сажусь за стол, долго смотрю на всё то, что передо мной. Где-то потыкаю пальцем, пощёлкаю выключатель, посмотрю, что как с прошлого раза приклеилось, как крепко держится. Где-нибудь что-то подправлю, увлекусь, переключусь на запланированную работу. Следующие несколько часов работаю по плану. Потом устаю, минут тридцать занимаюсь фигнёй – по чуть-чуть что-нибудь подравниваю, шкурю. Ну, аналогично тому, как школьники рисуют что-то на полях тетради от безделья. Потом и это перестаю делать – и ещё минут тридцать думаю о том, что надо сделать в следующий раз, выстраиваю точный план работы. Но он выполняется не всегда.
Вот на следующий раз у меня запланировано установить уже сделанные колонны, поставить рамы (они частично уже сделаны), сделать лесенку и станцевать ламбаду в честь доделанной третьей палубы.

Пять лет… Мне это кажется невероятно большим сроком. Сейчас нет ни одного друга, с которым бы так долго общался. Дневнк – подушка для битья.

Навестил офис за новой стопкой документов. Соскучился по коллегам, хоть им и по барабану на меня, наверное
Вернулся домой – и продолжил работать. Мне ближайшее время вовсе надо работать на полторы ставки, очередной аврал. Грядёт проверка, надо сделать груду работы…

…поэтому на корабль у меня остаются только поздние вечера.

Времени на запись опять немного. Вчера вечером поленился, отложил на утро. А сейчас утро очень позднее и надо изо всех сил бежать на работу, пока начальник не оторвал какую-нибудь конечность.

Пожалуй, меня можно поздравить. Сегодня очень значимая дата для моего дневника – ему исполняется пять лет. Пять лет назад я писал, что этот дневник станет эпопеей. Кажется, получается. Я писал, что не совсем понимаю, для чего я его начал вести – и сейчас мало что изменилось. Я всё пишу, пишу, пишу – а толком и не знаю, зачем.
Пять лет… в этом дневнике собрано столько переживаний, он помнит столько событий! Он был со мной в походах, помнит каждую их деталь. Он помнит каждый день на Юго-Западной, каждый день в универе в сессию, наблюдает, как я шаг за шагом приближаюсь к завершению строительства корабля, он помнит и знает всё! Главное – он видит, как я взрослею.

Хотя “взрослею” – сильно сказано. Как всегда, я встретился с пончиками, и был момент, когда я лежал, мямлил что-то невразумительное, а Тина засыпала меня травой и пыталась что-то воткнуть в нос. И тогда я уже начинал шевелиться и мотал головой, говоря что-то вроде “Ну мне же двадцать лет, я же взрослый, зачем ты мне в нос всякое тыкаешь?”

Работа над кораблём закипела, и большими шагами я приближаюсь к завершению строительства. Уже занимаюсь третьей палубой, полагаю, за два захода завершу и её. И, по самым пессимистичным прикидкам, к концу недели я буду подолгу размышлять: “Так, а, собственно, чего тут не хватает-то?”
Довёл до совершенства контакт второй палубы с третьей, сделал стены не безобразными.

Опять оторваться от него было невозможно. Оторвался только тогда, когда уже глаза начали откровенно слипаться.

Всерьёз увлёкся Pink Floyd. Давным-давно, когда я их впервые услышал, у Тёти Иры в гостях, я не особо ими проникся. Они мне понравились, но чего-то не хватило. А потом со временем всё чаще вспоминались какие-то песни, моменты из их фильма – пока я не не выдержал и не скачал себе кучу песен. Теперь хочу пересмотреть фильм, The Wall. С ним приятнаЯ ассоциация, с первым просмотром, да и сам фильм гениальный…

Нет, я вовсе не разленился и вовсе не забыл про дневник. Я лишь не люблю его писать вечером в таком состоянии, когда я уже не запись пишу, а просто пытаюсь поскорее от неё отделаться.

Сейчас в корабле занимаюсь улучшением контактов. Напомню, корабль разборный, каждая палуба отделяется от остальных. А освещение во всех палубах сделано одной цепью. Поэтому нужны контакты между палубами, чтоб цепь беспрепятственно соединялась и разъединялась.
Завтра планирую… планирую много чего.

С кораблём всё было так, как я и ожидал. Только я начал его делать, думая: чуть-чуть, совсем немного с ним поработаю. И с головой в него провалился. Безумно тяжело было от него отрываться, чтоб прогуляться с друзьями.

А друзья меня, гады, обманули позже. Я гадал на ромашке, а когда остался один лепесток – “любит” – я спросил, а что дальше делать? Мне оба сказали, съешь цветок. Я съел. Это было не вкусно. А они смеялись. Обманули меня, гады.

Мне гениальный сон приснился. В каком-то моменте я сел в машину и пытался её завести, ни черта не получалось. Ключи повернул, педаль жму, а он мертва. И тогда вышел из машины и зашёл в неё снова. Повернул ключ – и она заработала.
Значит ли это, что я много сижу за компьютером?

Думаю, те, кому это интересно, сейчас очень обрадуются: я возобновил работу над кораблём. Продумал действия на ближайшие дни и отчистил 2000 спичек. Как всегда, посадил две мозоли. Увы, этого очень тяжело избежать, ибо надо повторять много одинаковых действий с большим усилием. И почти невозможно угадать, где мозоль появится.

Вообще, я хотел вечером уже его делать, но я вышел выпить чашку кофе в той кофейне. А потом пришёл Паша, появилась Тина, мы оказались на Карбышева, прибежала Света с Нёвой… которому я снова забыл отдать одежду, которую я носил в больнице…

Неподалёку от моего дома было кафе, в котором я очень любил коротать время. Я часто туда приходил по вечерам, часов в десять, заказывал лишь одну чашку кофе. Долго сидел, потягивал кофе, о чём-то думал. Проводил там уйму времекни с друзьямИ, теми же пончиками. Это Коста Кофе. Этой зимой я там особенно часто бывал.
А потом кафе закрыли.
И вот сегодня, пойдя на улицу, куда глаза глядят, намереваясь где-нибудь выпить кофе и съесть пироженое, я обнаружил, что теперь вместо Косты открылся Кофе Арт.
Видимо, возвращается то зимнее настроение, когда постоянно хочется непонятно чего, и единственное, видимо, утешение – “идти, куда глаза глядят”. Или ехать.
Прогноз говорит, что будет мокро. Но я думаю в воскресенье куда-нибудь поехать.

Коста навсегда останется Костой, как бы её не называли. Теплое, домашнее кафе с приятной музыкой и роем воспоминаний.
Не меньший рой воспоминаний вьётся над качельками. Это стандартное место, где мы встречаемся с Кешей. Под крышей тех качелек собралось очень много высказанных мыслей.

Два или три последних дня у меня было какое-то беспричинное беспокойное, тревожное настроене. Будто дурное предчувствие. Всё время было неуютно, не находил себе места, чувствовал себя не в своей тарелке. Нахлынуло – и отпускает теперь потихоньку. Преследовало ощущение, что всё происходящее – не то, всё не так, как надо… Будто я упустил что-то очень важное.