Заметки студента

Я стоял напротив главного здания МГУ. На меня смотрел Ломоносов, а это величественное строение казалось больше и ближе, чем когда-либо. Я чувствовал всю мощь, всё величие, которое впитал в себя каждый кирпичик этого здания. Земля содрагалась от басов, группа разыгрывалась перед предстоящим концертом ко Дню Физика. Я не чувствовал себя букашкей перед лицом этого университета. Я вдруг почувствовал в себе силы, уверенность, что закончу этот университет. На год позже, но закончу. И что-то защекотало в груди. Я хотел именно этих чувств.

Я медленно ходил по площади. Никуда не спешил, ничего не планировал, я не веселился и не отрывался, как тела вокруг. Я наблюдал.

Кажется, я впервые с ноября встретился с Соней. Если не считать минутного пересечения, когда надо было отдать ей денюжку от сестрёнки и убежать обратно на занятия на военной кафедре.

И потом совершенно неожиданно увиделся с Фэнси. Той самой, даааа, с которой кипела “красно-зелёная непогода” ровно два года назад. Она пришла на День Физика (хотя сама из педагогического университета) послушать “Зверей”, на которых можно было придти абсолютно бесплатно.
А вместе с ней увиделся с нашим бывшим групповодом Ваней. Они давно знакомы, Рита и Ваня. Мир тесен. Когда я узнал, что подруга (и моя бывшая девушка) той девочки – Ани, с которой я познакомился в интернете абсолютно случайно, знакома и виделась с моим групповодом первого курса, я был, конечно, в шоке. А потом это как-то очень спокойно уложилось в голове. Мир тесен.

Считаю, что концом этого дня был фейерверк. Я стоял возле физического факультета, смотрел на небо, там расцветали гигантские блестящие шары. “Звери” допевали последнюю песню – “Я ухожу красиво”. Салюты были так низко, что казалось, что искры долетали до сотен рук, поднятых вверх. Разноцветные прожектора прорезали небо, освещали деревья и сотни рук синим, красным и жёлтыми цветами. Казалось, фейерверки обнимают меня. А мне хотелось вечно смотреть на них.

Ещё раз посетил поликлинику. Собственно, оттуда ничего нового. Ещё десять дней, как минимум, я на больничном. Потом может ещё продлят справку, может, нет, не знаю. У меня уже набирается 38, кажется, дней… короче, почти неоспоримое количество для академа.

По-моему, я начинаю нещадно поправляться. Дома постоянно сижу и от делать нечего готовлю, а так же из-за того, что надо принимать таблетки на завтрак, обед и ужин – я вспоминаю про них, и ем. И ем от души, потому что готовить интересно.

Я часто возвзращаюсь мыслями к тому происшествию. Уж простите, что всё одну и ту же тему мусолю: вот настолько серьёзно для меня такое событие.

Вообщем, к чему это я.
Всё дико взаимосвязанно. Мне кажется, я шёл к этому подъезду с начала года…
Мне буквально за неделю до События куратор говорил: “Сейчас вы катитесь в ледяной трубе, вниз, и царапаете стены, чтобы остановиться. И когда труба кончится – вы вылетите. И остановить вас от этого скольжения может только чудо”. Вот и случилось спустя несколько дней это чудо. Столбы посреди тоннеля, в которые я врезался и за которые додумался ухватиться.

Моя плохая учёба привела меня к тому, что я собрался в выходные после пятницы с силой взяться за учёбу и отречься от мира сего, но напоследок ещё раз от души повеселиться и нагуляться, набраться хороших эмоций. Я точно знаю это состояние, уже много раз было – я бы взялся за учёбу). Я был настроен на нужный лад – и мне для старта был нужен толчок, заряд хороших эмоций.
Поэтому я в четверг пошёл погулять с девочкой, с которой тогда был знаком буквально пару дней. И на следующий день выполнил обещание и угостил пончиков в Тануки, и позже это веселье и завело меня в Тот подъезд. А если бы я учился нормально, мне бы не нужен был такой сильный толчок эмоций для начала учёбы…

Может, если бы не перестали общаться (по моему решению) с Тётей Ирой после расставания, этого бы тоже не было. Она бы всегда сильно мотивировала меня учиться – и, возможно, я бы избежал бы эти посиделки.
То есть, уже вот докуда дошли: моё решение в конце февраля могло повлиять на это событие. Но ведь решение в феврале тоже имело под собой основу – знакомство с Тётей Ирой. Она считала, что в подобных вопросах всегда надо быть решительным и твёрдым. Я понял, что солидарен с ней. Поэтому когда встал вопрос: надо ли продолжать общаться, я был настроен решительно.

То есть, знакомство с ней имело определённую роль. Познакомился я потому что она мне понравилась на практикуме. То есть, начало кроется в октябре.
Но поступив на Физфак, этот практикум мне сразу был предопределён. То есть, поступив, я обрёк себя на сотрясение мозга не только в переносном, но и в прямом смысле…
И так далее. Не тяжело будет придти к выводу, что и поступление на физфак было неизбежно.

Эта травма была неизбежна, однако я бы (возможно) избежал этого, если бы учился как следует. Но, во-первых, кто знает, на что ещё я бы нарвался? А во-вторых я твёрдо уверен, что лучше жить так, чтоб быть счастливым и довольным сейчас, а не надрываться ради счастливого будущего, как человек из Сан-Франциско. В первом случае я обречён на неизвестную судьбу и должен жить верой в то, что течение не закончится водопадом в пещеры. Во втором случае я сам строю свою судьбу, но обречён на борьбу вместо жизни, которая может оборваться не менее внезапно, чем на реке возникнет водопад.

Случилось так, что я натолкнулся на фотографии с первого курса. И нахлынуло. Вспомнил 104ую группу. Именно ту, а не следующие. Тогда мы были особо дружные. Вспоминал то усердие, с каким начал учиться. Мало понимал, но так хотелось разобраться.
Я рад, что хоть со 104ой группой я дошёл до победного конца – распределения по кафедрам. Сошёл с дистанции я только при новой группе. Но ведь я вернусь. И всё у меня получится.
Штуковина на спине не проходит – вздутие чуть выше пояса. Уже куча предположений, что это такое…
У меня другие переживания, нежели у других студентов. Да, у других. Я пока что ещё студент, полноправный студент. Могу даже пару экзаменов сдать, если захочу.
Вот что досадно – когда я вернусь, даже если я буду ходить на все пары, я всё равно буду слышать материал впервые, и не буду чувствовать себя гением.
Безмерно люблю этот университет. Хочу, чтоб меня после смерти кремировали, а мой прах развеяли на площади между физфаком и химфаком.

От таблеток иногда бывает странное ощущение. Голова будто кружится. Или словно мои мысли находятся не в голове, а где-то вокруг.
Я целенаправленно ничего не делаю круглые сутки. Мне хочется… хочется просто ничего не делать и прожигать время возле компьютера. Позже я вернусь к строительству корабля – там уже недолго осталось. И, может, наконец, начну писать тот рассказ…
А пока что навожу порядок только на компьютере. Удалил с рабочего стола полсотни ярлычков, и доволен.
Насколько сильно я отупею за полгода?
А, слушайте… это будет моё первое первое сентября за последние четырнадцать лет, когда я не буду стоять на линейке или не буду на каком-то торжественном мероприятии. Это первое первое сентября за последние четырнадцать лет, котрое будет не моё…
Мне уже тоскливо без универа. По всей видимости, мне ещё многое предстоит осознать.

Четыре ночи, а мне абсолютно не хочется спать. Потому что я пришёл домой в пять вечера, после поликлиники, злой, и тут же уснул. А почему злой? Да накатило что-то. Вдруг обозлился на всё и всех, чуть не разнёс комнату, и решил поспать. А такое бывает. И раньше бывало. Вдруг всё кажется мне неправильным. Кажется, что живу я не так, и каждый мой поступок кажется мне неправильным, всякое решение ошибочным. Мне начинает казаться, что я кругом наошибался, запутался, заблудился и всё не так, как надо. Все мои убеждения вдруг кажутся мне вкорне неверными, моя вера – ошибочной. И тогда меня берёт злость и агрессия в ответ на нескончаемое чувство вины, стыда, неудобства.
Может, такое бывает просто из-за того, что что-то накапливается. Держится, держится во мне, а потом выплёскивается.

Я далеко не самый лучший человек. У меня есть огромное число моих минусов, недостатков. Я ленивый. Я не самостоятельный. Я импульсивный. Не осторожный и не предусмотрительный. Я совершаю иногда ужаснейшие глупости. Во мне есть даже не глупость, а дурость. И вообще у меня есть много слабых мест, где я очень чувствителен и где меня можно сильно задеть. Я вечно впадаю в крайности. Как и сейчас.
Я всегда понимаю всё это, какой я человек, но тем не менее, всегда доволен своей жизнью и глубочайше убеждён, что ни в коем случае ни о чём не надо сожалеть и самое главное – не терять присутствия духа. Всегда я, по большому счёту, согласен со своим характером и если хочу в нём что-то изменить, то самые мелочи. То есть, иными словами, вполне собой доволен.
Но сегодня я сорвался и вдруг до предела возненавидел себя, каждый волосок на теле и каждую мысль в голове, которая когда-либо была. Возненавидел настолько глубинно, что кожей ощущал клокочущую злобу. Я не понимаю, почему так случилось.

Теперь у меня идёт процесс расслабления. Отпускаю всё, все мысли. Расслабляюсь. Не могу думать. Не хочется. Хочется отключить сознание и просто жить.

Излил душу. А теперь по делу.
Насчёт академа осталось только пара вопросов. Я подошёл сегодня к начальнику курса, поговорил с ним. Он сказал, что я спокойно могу не ходить в универ, пропустить все экзамены и главное – спокойно лечиться. А потом с продлённой в поликлинике справкой из больние приходить за академом.
Так вопросы. А может ли быть такое, что пропущу сессию, а академа не дадут? И что насчёт отсрочки. Насчёт этого завтра пойду узнавать.
С военной кафедры буду отчислен. И заново поступить не смогу. Увы. Есть вариант продолжить учиться там, не учась в универе. Насчёт этого узнаю точно в четверг.

Вот такие дела. По своей дурости прошляпил военную кафедру и полгода учёбы.
Но, может, оно всё и к лучшему. Я отдохну от универа, вернётся эта жгучая любовь к нему, и я с новыми силами и азартом возьмусь за учёбу. Кто знает, от чего уберегает меня моя же бесконечная глупость…

Я только сейчас понял, что сегодня совершенно ничего не ел весь день.

***
Торжественное событие!
Положено начало давней идеи мультиблога. Появился новый автор, чья личность некоторое время будет храниться в секрете (просто, чтоб вы погадали).

Что-то то клавиатура местами подлипает и выдаёт неадекват. Это я снова затопил компьютерный стол чаем. Когда нажимаю подряд “т” и “о”, между ними вылезает мягкий знак. А когда нажимаю првый шифт, компьютер пищит зачем-то. Какой же я криворукий. Как всегда, надеюсь, что со временем пройдёт.
Сессия приблизилась максимально близко, но ещё не наступила. Я становлюсь более задумчивым, молчаливым, а где-то глубоко в душе начинают терзать сомнения и отчаяние. Я понимаю, насколько необъятен объём материала, который мне нужно осилить. Теряется желание, шатается вера в свои силы, поднимается ненависть к своей лени, хочется вернуть всё назад и выучить вовремя.
Хочется рвать волосы на голове.
Преподаватели убеждают меня, что у меня ситуация критическая. Уже. Когда сессия ещё не началась. Но я думаю, что не совсем критичская, у меня ещё есть одна неделя, чтоб выйти из пике, из штопора.
Всё, как обычно.

13:40 Не думал, что проломлю свое собственное упорство. Сами представьте, каково это: остановиться у самого финиша! До конца работы над кораблем осталась неделя-другая, гроши, копейки по сравнению с двумя годами! И я останавливаюсь, усмиряю свой пыл, азарт.
Я сейчас в универе. Говорил с семинаристом по поводу того, что мне надо для получения зачета (много).
Объявляю о заморозке спичечного проекта на время сессии. Приду домой и сверну миниверфь на столе, накрою, корабль покрывалом, как всегда.
Сердце обливается кровью, безумно жалко, но надо сделать это волевое усилие.
Думаю, те, кто читает дневник и ждет отчета о строительстве, сейчас хотят меня придушить.

Ночь. Вот и всё, два месяца буду тосковать по этому водоплавающему. Комната прибрана, стол очищен, всё, связанное с любовью всей моей жизни, спрятано. Корабль в углу комнаты, накрыт зелёным покрывальцем. Я уже скучаю.
Признаюсь, мне было очень тяжело останавливаться.